<<
>>

§ 2. Юридические лица публичного права в общем учении, об юридических лицах

Категория юридического лица публичного права является широко обсуждаемой в настоящее время; С одной стороны, такая категория как юридические лица публичного права не используется в действующем законодательстве, как не использовалась и в советском праве.

Но с другой стороны; как учеными, так и юристами практиками она употребляется.. В‘ последнее время в ходе исследований особенностей участия государства, публично-правовых образований, а также их органов в хозяйственных, предпринимательских отношениях, все чаще пытаются использовать категорию юридического лица публичного права;

Следует отметить, что в странах Западной Европы, категория юридическое лицо публичного права не только используется в научных исследованиях, но и законодательно- закреплена. В настоящее время некоторые государства Восточной Европы, в том числе и бывшие республики СССР, перестраивающие и унифицирующие свою правовую систему в направлении западноевропейского законодательства, воспринимают концепцию деления юридических лиц на лица публичного и частного права. В качестве примера можно привести такое государство, как Республика Молдова. ГК Молдовы в статье 57 прямо определяет, что юридические лица подразделяются на юридические лица публичного права и юридические лица частного права, выступающие в гражданских отношениях на равных началах[66].

Развитие новых форм государственною предпринимательства в России потребовало кардинального пересмотра как общих принципов участия государства в гражданско-правовых» предпринимательских Отношениях, так и значительного изменения гражданского, предпринимательского и хозяйственного законодательства. Российская Федерация, а также ее субъекты все более активно участвуют и в иных договорах предпринимательского характера, а также заключают внешнеэкономические сделки. Но это рождает комплекс относительно новых проблем, решить которые призвана юридическая наука. Все более остро ставятся вопросы гражданской и предпринимательской правоспособности государства, субъектов федерации, муниципальных образований, возможности и необходимости ограничения их правоспособности, механизмов непосредственного и опосредованного участиях таких субъектов в іражданеких правоотношениях, договорной ответственности публично­правовых образовании, в том числе и но внешнеэкономическим сделкам1.

Для ответа на эти вопросы важно обратиться к нашему историческому опыту*. Особую ценность при этом приобретает исторический опыт дореволюционной России, в которой в силу объективных потребностей юридическая наука достаточно подробно анализировала категорию юридического лица публичного права.

Особых успехов в этом направлении юридическая наука достигла в пореформенный период. Связано это с тем, что до сер. XIX в. в российской юриспруденции еще господствовали убеждения о совпадении государства как субъекта права с личностью императора. Так, К.Иеволин указывал на то, что «после установления монархического правления между славянскими
племенами нынешней России, имущества, соответствующие нынешним государственным, были называемы княжескими, царскими, государевыми»1. То есть государство как субъект права собственности отождествлялось с личностью императора.

По мнению Г.Ф.Шершенсвича, исходные моменты такого представления коренятся в патримониальном сгрое. Если государство можно делить между сыновьями, отдавать в приданое дочерям, если государь мог жаловать государственную землю, так ого, очевидно, потому, чго государство с его населением ничем не отличается от поместья с его крепостными[67] [68] [69]. М.Зейдель в связи е этим полагал, что отношение монарха к государству соответствует отношению собственника к вещи’.

Как мы отмечали выше (в первом параграфе первой главы), в классическом римском праве государство также не рассматривалось как юридическое лицо. В этом не было ни необходимости, ни-целесообразности, поскольку государство отождествлялось с личностью его главы - принцепсом, а позднее императором.[70]

Совпадение государства как субъекта права с личностью императора в России имело место до принятия в 1864 году Устава гражданского судопроизводства. До его принятия государство нс подчинялось действию іражданского права и судебного процесса. Таким образом, принятие Устава гражданского судопроизводства явилось переломным этаном в развитии гражданского, в том числе и процессуального, законодательства. Несмотря на то, что Устав не содержал непосредственно норм прямого действия в отношении государства, однако фактически государсгвеннос имущество в хозяйственный оборот вовлекались. В связи с тем, что специальных норм,
регламентирующих гражданско-правовые отношения казны, было немного, на казну просго распространилось общее гражданское право’.

Принятие нового Устава іражданского судопроизводства вызвало всплеск теоретико-правовых исследований по вопросу об участии государства в имущественных правоотношениях. Мнения крупнейших правоведов столкнулись в вопросе о том, может ли быть государство субъектом гражданского права, и если может, то в какой форме оно реализует свою гражданскую правосубъектность, а если нет, то в какой форме участвует в обороте имущество, составляющее государственную казну.

По вопросу об юридической природе государства, как особом субъекте праве, а также о политико-правовом образовании в дореволюционной юриспруденции существовали различные мнения. Государство в науке XIX - начала XX в. рассматривалось как суверенный союз, юридическое лицо, юридическое отношение2, источник права3 и т.д. Развитие взглядов на государство в юриспруденции рассматриваемого периода происходило в разных направлениях. Далеко не всеми исследователями поддерживалась мысль признавать государство юридическим лицом. Ими высказывались и совершенно противоположные мнения о субъекте, который от имени государства участвует в заключаемых торговых и предпринимательских договорах, вступает в отношения с иными физическими и юридическими лицами.

Некоторые представители юридической науки отстаивали мысль о том, что отношения, в которых состоит государство, всегда публичны и государство - никогда нс может быть частно-правовым субъектом’. Так, например, Г.Ф. Шершеневич считал, что с хозяйственной стороны государство представляет казна, которую признавал «публичным
юридическим лицом»’. В.А.Хлебников разделял мысль о том, что «казна - это юридическое лицо, права и обязанности которого определяются ее правом, т.е законом и положениями науки права, принятыми судебной практикой»[71] [72].

/(ругая группа исследователей, в частности, Н.Лазаревский и К.Анненков высказывали мнение о том, что понятия «государство» и «казна» есть тождества, при том, что казна - есть субъект іражданского права и имеет природу юридического лица[73]. При этом К.Анненков доказывал, что слово «казна» обозначает собственно само государство в хозяйственной деятельности как юридического лица - субъекта имущественных гражданских нрав и обязанностей[74].

Иные правоведы, среди которых В.Б.Ельяшевич, К.Кавелин, Ф.Ф.Кокошкин, Д.И.Мейер, И.А.Покровскнй, Н.С.Суворов, И.Оршаиский придерживались той позиции, что именно государство является самостоятельным субъектом гражданского права, имеющим юридическую природу юридического лица[75]. Так, И.Оршаиский писал, что государство в гражданско-правовом быту есть такое же частное, юридическое лицо как и всякое другое общество или учреждение[76] [77].

И.А.Ильин доказывал мысль о том, что государство - это не просто союз, а правовой союз, организованный и действующий по правовым нормам'. Относительно природы государства им были сделаны важнейшие
выводы относительно возможности отнесения государства к юридической личности - юридическому лицу. В частности, он писал, что государство, как союз, есть правовой союз - коллективный субъект права или юридическое лицо. Это означает, что государство существует не от природы, но организуется людьми; что оно нс есть ни физическая вещь (например, территория), ни простое множество людей, но представляет собою множество людей, связанное единым правом, единой властью и единой территорией в союз: государство есть множество в виде единства. Задаваясь выяснением природы такого юридического лица как государство, И.Л.Ильин указывал, что государство есть именно нс учреждение, обслуживающее нужды «других», а корпорация; оно есть юридическое лицо, включающее в себя тех, ради которых оно существует. Государство существует нс только ради іраждан и для них, но через іраждан и в них: если бы народ вымер или разбежался, перейдя в другие государственные союзы, то государство прекратилось бы1.

Важно для нас заметить и то, что И.А.Ильин разделял мысль об отнесении государства к категории юридических лиц публичного права. Он считал, чго государство как единая корпорация, включающая в себя своих членов, имеет не частноправовой, а публично-правовой характер. Это определяется, по его мнению, тем, что основное полномочие государства есть полномочие на власть. Государство есть союз, уполномоченный властвовать над своими членами, создавазь для них правовые нормы и веления, управлять ими и судить их; все это, конечно, в порядке, установленном правовыми нормами. Поэтому отношения между государством и его членами являются обыкновенно публичными правоотношениями, в которых государство выступает, властвуя по полномочию, а граждане имеют обязанность подчиняться[78] [79]. Возможность
признания государства юридическим лицом разделялась и другими учеными1.

Разделял взгляды о признании государства юридическим лицом и Е Л.Трубсцкой. Он писал, что с точки зрения узкоофициальной теории права, для бытия юридического лица требуется*признание со стороны, подлежащей государственной власти. Однако, по его мнению, это неверно, так как, прежде всего, само государство является юридическим лицом, очевидно-не потому, что оно само себя признает за таковое, а в силу признания со стороны его подданных - того народа, который входит в состав данного государства[80] [81].

Наряду с взглядами об юридической природе государства как юридического лица публичного права существовали и. теории, в рамках которых государство определялось как правовое отношение[82]. Н.М.Коркунов писал, что если само государство есть юридическое отношение, то субъекты его - все участники государственного общения, от монарха до последнего подданного. Объектом прав, составляющих юридическое отношение властвования, может быть признана только сама государственная власть[83]. Данная теория в свое время подверглась критике. Так, В.Еллинек говорил, что наиболее ірубая ошибка этой теории заключается в том, что она не в состоянии указать происхождения государственного правоотношения. Для всякого правоотношения необходимы нормы, его регулирующие, и эти нормы, которые должны связывать членов правоотношения друг с другом, предполагают, следовательно, стоящую над этими членами власть, от которой эти нормы исходя т. Ввиду того, однако, что властью этой не может быть государство, теория государства, как правоотношения... для
последовательного своего проведения нуждается в понятии надгосударственною порядка’.

Таким образом, развитие взглядов на государство в юридической науке XIX - нач. XX в. происходило в разных направлениях. Далеко не рсеми исследователями поддерживалась мысль признавать государство юридическим лицом. В целом, в данный период можно выделить следующие точки зрения по этому вопросу:

1) отношения, в которых состоит государство, всегда публичны и государство - никогда не может быть частно-правовым субъектом (Г.Ф.Шершеневич, В.А.Хлебников);

2) понятия «государство» и «казна» есть тождества, при том, что казна - есть субъект гражданского права и имеет юридическую природу юридического лица (Н.Лазаревский, К.Анненков);

3) именно государство является самостоятельным субъектом іражданского права, имеющим юридическую природу юридическою лица (В.Б.Ельяшевич, К.Кавелин, Ф.Ф.Кокошкин, Д.И.Мейер, И.А.Покровскнй, Н.С.Суворов, И.Оршаиский).

В дореволюционной юриспруденции был поставлен и актуальный для современной теории и практики вопрос о возможности и необходимости отнесения к юридическим лицам публичного права органов государства. Д.И.Мейер, например, замечал, что нередко высказывается мнение, что различные присутственные места суть также юридические лица;

высказывается даже мнение, что в каждом должностном липе важно отличать физическую личность от юридической, что должность есть также юридическое лицо, а чиновник, служащий •• представитель, орган этого лица[84] [85]. Однако такое воззрение, по мнению Д.И.Мэйера, нельзя считать справедливым: все присутственные места и все должностные лица действуют именем государства, служат его органами, и потому нельзя признать их
самостоятельными юридическими лицами, а личность их сводится к личности обширного союза - государства*.

Особое внимание на необходимость рассмотрения как государственных, так и муниципальных органов, как особых субъектов права обращал Г.Ф.Шершеневич. Так оп констатировал, что от казны, как юридического лица публичного права, отделяются, в качестве самостоятельных субъекгов, тс ведомства и учреждения, которые, хотя и причисляются к каленному управлению, но обладают обособленным имуществом. Сюда относятся: удельное ведомство; казенные учебные заведения, как, например, университеты; епархиальные начальства, монастыри и церкви[86] [87]. По его мнению, от казны отделяются, как самостоятельные субъекты, органы местного самоуправления: земство, губернское и уездное; городское общество; дворянское общество; биржевое общество; мещанское общество; сельское общество[88].

Наиболее часто понятие государства как юридического лица публичною права в дореволюционной юридической науке связывается с категорией казна (фиск). Отечественными дореволюционными юристами казна рассматривалась как специфическая форма непосредственного участия государства в гражданском обороте. Именно поэтому обратим особое внимание на анализ данной категории применительно к дореволюционному периоду.

Термин "казна" является прямым заимствованием из языка татаро - монголов, как и слова "деньги" и "таможня", оба происходящие от "тамга", что обозначает казенную печать, ставившуюся на товарах в знак уплаты пошлины[89].

Впоследствии под словом казна понималось совокупность ценностей, имущества, принадлежавшее государству. Многие дореволюционные ученые
считали, что казна (фиск) является юридическим лицом публичного права, представляющего в гражданско-правовых отношениях государство.

Анализ работ отечественных дореволюционных правоведов, а также гражданского законодательства XIX - начала XX в. и практики его применения дает основания полагать, что казна участвовала в іражданско- правовых отношениях на основе принципа равенства с иными участниками оборота. Однако имелась и определенная специфика, заключающаяся, в частности, в привилегиях казны.

Д.И.Мэйер но этому поводу писал, что между отдельными юридическими лицами в особенности обращает на себя внимание казна - государство - как субъект имущественных прав. Он считал, что, нуждаясь во множестве вещей для удовлетворения своих разнообразных потребностей, государство, совокупность іраждан, по необходимости одаряется имущественными правами и, таким образом, является в юридическом быту субъектом гражданского права и в этом качестве называется казной. Он отмечал, что казна должна быть признана субъектом привилегированным, т.е. ей должны быть предоставлены преимущественные права в сравнении с отдельными гражданами, потому что каждый отдельный гражданин должен жертвовать личными интересами для общего блага и только те привилегии несправедливы и ненавистны, которые даются одним гражданам перед другими, а не те, которые установлены для общественной пользы'.

Положение о том, что казна должна быть признана субъектом привилегированным поддерживал Е.В.Васьковский. Так, он отмечал, что государство занимает особенное положение среди юридических лиц. В 1-ражданском праве, в качестве субъект частных нрав, оно носит название казны, для которой имеются специальные правила и привилегии. Так, казна может заключать с частными лицами договоры подряда и поставки, но порядок заключения и исполнения их определен особым уставом («Положением о казенных подрядах и поставках»). Равным образом для
производства судебных дел, в которых участвует казна, установлены изъятия из общих процессуальных законов (Уст. ip. суд., ст.ст. 1282-1315). Казна получает право собственности: 1) на нс принадлежащие никому в отдельности недвижимые имущества с их принадлежностями (пустопорожние и дикие поля, леса, морские берега, дороги и пр. (Св. Зак. т.Х, 406)); 2) на выморочные имущества, т.е. наследства, не имеющие наследника (Св. Зак. т.Х, 408); 3) на вновь открываемые земли и острова (Св. Зак. т.Х, 409) и 4) на военные и морские добычи (Св. Зак. т.Х, 410)'.

Ю.С.Гамбаров в качестве одного из видов предпочтений, оказываемых личности субъекта права, как особого феномена правового регулирования, выделял положение, выраженное в ст. 1978 Устава торгового, которая пос гановляет, что казна и церковь по некоторым их требованиям удовлетворяются предпочтительно перед частными лицами, хотя бы права их возникли в одно время или даже после прав частных лиц[90] [91].

Говоря о содержании гражданской правоспособности казны (фиска) НЛ.Дювернуа относил се к «государственным установлениям светским» вместе с удельным ведомством и дворцовым управлением. Главные черты угон правоспособности выражены в следующих положениях. Казна и казенные установления способны владеть имуществом и ограждать владельческое состояние общими судебными средствами (ст. 1310 - 1315 Устава іражданского судопроизводства.). Казна, дворцовые управления и удельное ведомство способны приобретать имущества общими способами в порядке, указанном уставами, учреждениями и положениями, применяемыми к разным ведомствам (Ст. 698, т. X, ч. I). Присутственные места и должностные лица являются органами цивильной деятельности казны в области договорного права на тех же общих юридических основаниях, какие указаны для частных лиц (ст. 1537 там же). Казна отвечает по искам о вознаграждении за вред и убытки, как и частные лица, при сем по
толкованию сената даже в пределах ответственности недобросовестного владельца. Казне принадлежит притязание к выморочному наследству (ст. 408, т. X, ч. I). Право судебной защиты принадлежит казне на общем основании с видоизменениями, указанными в уст. гр. суд. (ст. 1282 - 1299 Устава іражданского судопроизводства)1.

Продолжая перечень привилегий русской казны, следует отметить, что она пользовалось преимущественным правом приобретения товаров у иностранных купцов. Пока казенные агенты (ими были и гости) не завершали операции в пользу царского двора, торговля с иноземными купцами нс могла начаться. Гости закупали но поручению казны в других государствах оружие, предметы роскоши, серебряные монеты для денежных дворов и т.д. Эти внешнеторговые обязанности выполнялись ими в порядке безвозмездной службы, и только в случае особых успехов они могли рассчитывать иа получение даров от царя. Подобная служба была обременительной даже для богатых купцов, отвлекала от собственного торгового предпринимательства[92] [93].

Преимущество казны Российской Империи проявлялось и в связи с применением п.5 ст. 1529 Законов Гражданских о ничтожности договоров, клонящихся «ко вреду государственной казны». В связи с этим К.П.Победоноспев отмечает, что само слово казна имеет не одинаковое значение: у нас под ним разумеется ие только интерес фиска или государственной казны вообще, но и хозяйственный интерес отдельных ведомств и частей управления, ограждаемых казенным правом[94]. По его мнению, это не одно и то же. Казна, в виде отдельного ведомства, становится уже по хозяйству каждой части в разряд субъектов права, имеющих гражданские права и обязанности и входящих в договорные отношения с другими лицами. Гам, где казна является субъектом
гражданского права, по мнению ученого, совсем несправедливо было бы применять к интересам ее упомянутое правило.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что в целом в российской дореволюционной юридической науке господствовали взгляды на казну как на основного представителя государства во всех имущественных, в том числе и предпринимательских отношениях. Многие ученые признавали казной само государство и считали сс юридическим лицом. Однако как признавал Д.И.Мейер, не все писатели признают казной государство, а некоторые говорят, что само имущество, принадлежащее государству, олицетворяется и вот оно-то называется казной1. Такое понимание казны было наиболее распространено.

Дореволюционные исследования ученых юристов об юридических лицах публичного права как форме участия государства в предпринимательской деятельности потеряли свою актуальность в советский период истории. В этот исторический период в силу особенностей экономического развития страны (прежде всего, монополией государства на собственность) но новому был поставлен вопрос об особенностях гражданской и хозяйственной правосубъектности государства и его предприятий. Советское государство относительно редко вступало от своего имени в гражданско-правовые отношения. Действовавшее советское законодательство нс определяло четкого статуса государства как непосредственного субъекта гражданско-правовых отношений, за исключением заключения внешнеэкономических сделок, перехода в собственность государства некоторых видов имущества, в том числе бесхозяйного, кладов и др., а также возмещения вреда, причиненного гражданам незаконными действиями государственных органов[95] [96].

На протяжении длительного времени советское государство являлось преобладающим, фактически исключительным собственником имущества социалистических предприятий и организаций, действовавших на основе оперативного управления, а само государство применяло по отношению к хозяйствующим субъектам принципы тоталитарного властного командования, действуя без должного учета принципов рыночной экономики.

Об особенностях этого периода и о сущности концепций регулирования хозяйственной деятельности в Советском государстве пойдет речь в четвертой и пятой главах исследования.

Ситуация коренным образом изменилась в конце 80-х - 90-е гг. Экономические и политические реформы 90-х гг. XX в. остро поставили вопросы участия государства в хозяйственных и предпринимательских отношениях. Практика развивающейся хозяйственной-деятельности в стране потребовала кардинального пересмотра всей системы правового регулирования экономических отношений. Эго в полной мере касается как вопросов государственного регулирования экономических отношений, так и проблем участия государства в вещных и договорных гражданско-правовых отношениях.

В связи с резким изменением ситуации в стране в 80-90-х гг. возникла глобальная проблема правового обеспечения эффективного участия государства в экономических, имущественных отношениях, появилась острая потребность в адекватном государственно-правовом регулировании всем народохозяйственным комплексом страны, умелом управлении оставшейся частью- государственного имущества, гармоничном соотношении частноправовых и публично-правовых методов воздействия на общественно- значимые отношения[97].

Таким образом, сложились объективные предпосылки изменения взглядов на гражданскую правоспособность государства в период радикальной экономической реформы 90-х гг., которые можно свести к следующему:

Г) серьезное изменение политической системы, общественного строя повлекло значительную корректировку функций государства, в том числе и экономической функции;

2) федеративное устройство государства стало нс декларируемым, а фактическим. Кроме этого изменилась модель федеративных отношений, субъекты федерации стали равными и относительно самостоятельными;

3) начался процесс разграничения государственной собственности на федеральную, субъектов федерации и муниципальных образований;

4) произошло изменение системы правового регулирования экономических отношений, принятие нового предпринимательского законодательства.

Все это привело не только и к изменению роли государства в регулировании экономических отношений, но и к пересмотру концепций участия государства в предпринимательской деятельности.

В постсоветский период происходит попытка возрождения категорий дореволюционной российской цивилистики. Попытки выделения категории юридического лица публичного права (публично-правового юридического лица) просматриваются у различных исследователей[98].

В отечественной юридической науке достаточно часто встречается признание государства в целом и (или) ряда его органов (учреждений), а также административно-территориальных образований и их органов
юридическими лицами публичного права. Они отличаются от обычных юридических лип частного права тем, что создаются на основе публично­правового (обычно - административного, властно -распорядительного) акта и преследуют в своей деятельности публичные (общественные) цели, а также имеют определенные властные полномочия. Их правовой статус регламентируется нормами публичного, а не частного права, но в качестве субъектов имущественного оборота они уравниваются с юридическими лицами частного права[99].

Действующий ГК никак нс оіраничкваст круг органов, действующих от имени государства. Достаточно, чтобы орган имел компетенцию действовать от имени государства. Никакого перечня таких органов нс существует и существовать не может. Напротив, круг их постоянно меняется. В итоге от имени государства может действовать широкий круг органов как признанных юридическими лицами, так и не являющихся таковыми - от Федерального Собрания РФ и Президента РФ до отдельных федеральных министерств и ведомств (для Российской Федерации). И все они обязывают государство. Проблема лишь в том, что не всегда в актах, регламентирующих компетенцию названных органов, прямо сказано, что они действуют от имени государства. И это вызывает споры. Например, как быть, если то или иное министерство наделено компетенцией действовать от имени Правительства Р? В данном случае нужно исходить из того, что орган вправе действовать от имени государства, если ему предоставлена компетенция заключать сделки с частными лицами по поводу государственного имущества, не принадлежащего ему на праве оперативного управления, или по поводу иных прав и обязанностей, принадлежащих непосредственно государству. Именно такая компетенция должна означать,
что орган управления действует от имени государства, хотя в положении о нем э го прямо и не предусмотрено1.

Следует отметить, что в соответствии с п, 2 ст. 124 ГК РФ к Российской «Редерации применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых іражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов. Поскольку участие в гражданско-правовых отношениях носит для Российской Федерации вспомогательный по отношению к основной деятельности характер, принято считать, что гражданская правоспособность государства носит специальный, а нс общий характер[100] [101]. В этой связи интересно мнение Е.Л. Суханова о том, что «участие федерального государства как самостоятельного субъекта гражданских правоотношений, возникающих в данной сфере, носит исключительный характер; обусловленный особой общественной (публичной) значимостью использования некоторых охраняемых объектов. По общему правилу, государство не становится и нс может становиться субъектом не только авторских и изобретательских (патентных), но даже и других промышленных прав»[102].

Из анализа материалов судебной практики следует, что судебные инстанции исходят из признания за органами государства или муниципальными органами комплекса прав, необходимых для опосредованного участия государства в іражданско-нравовьіх отношениях. Хотя при этом и подчеркивается их специальная правосубъектность. Так в Постановлении Пленума ВАС Р указывается, что:

а). Государственные и муниципальные предприятия пользуются всеми правами, предоставленными законом собственнику, на судебную защиту закрепленного за ними на праве хозяйственного ведения или оперативного
управления имущества, включая право на предъявление виндикационного и негаторного исков, в том числе и в отношении собственника указанного имущества.

б) . При разрешении споров, связанных с осуществлением государственными и муниципальными предприятиями права хозяйственного ведения или оперативного управления, следует учитывать установленные статьями 295 и 296 ГК РФ шраничения прав предприятий по распоряжению закрепленным за ними имуществом. Сделки, совершенные предприятиями по отчуждению имущества вопреки названным ограничениям, являются недействительными как ничтожные.

в) . Поскольку закон устанавливает принцип специальной (целевой) правоспособности унитарных предприятий (статья 49 ГК РФ), действия предприятия но распоряжению закрепленным за ним имуществом собственника должны быть обусловлены, прежде всего, задачами его уставной деятельности и целевым назначением предоставленного для выполнения этих задач имущества.

г) . Согласно статье 298 ГК РФ государсі венные и муниципальные учреждения вправе самостоятельно распоряжаться доходами, полученными от разрешенной собственником предпринимательской деятельности, и приобретенным на эти доходы имуществом в случае, сели доходы и имущество учитываются на отдельном балансе.

Поэтому при разрешении споров следует исходить из того, что доходы и приобретенное на эти доходы имущество, учитываемые на отдельном балансе, не могут быть изъяты у учреждений по решениям комитетов по управлению имуществом или других государственных и муниципальных органов, в том числе и в тех случаях, когда они не используются или используются не по целевому назначению[103].

Значительный интерес об юридических лицах публичного права представляют положения исследования А.Иванова, которые сводятся к следующему:

а) частно-правовые отношения являются отношениями, нетипичными

для государства. Деятельность государства в частно-правовой сфере подчиняется правилам, противоречащим его природе. В то же время участие государства в частно-правовых отношениях полностью исключить нельзя, поскольку основная их часть состоит из имущественных отношений. Имущество же необходимо государству для осуществления публичных функций, составляющих существо его власти;. .

б) привилегии государства в частно-правовых отношениях имеют неконституционный характер; Все привилегии, которые у него в этой сфере могут быть, проистекают из частного права. Именно частное право может предусматривать отступления от принципа равноправия, но эти отступления никак нс могут быть, результатом ни суверенности государства, ни осуществления им публичных функций;

в) раздвоение личности государства. Эта идея вытекает из нетниичносги частно-правовых отношений для государства. Государст во как суверен, основная цель которого - властвование, в сфере частного права властвовать нс должно, т.е. утрачивает свой сущностный признак. Однако от этого оно не перестает быть государством, а лишь временно надевает другую маску - маску казны (фиска);

г) отсутствие единства казны в России и его последствия. В России казна как субъект права, как частно-правовая сторона государства отсутствует-, несмотря на то, что данный термин широко используется в законодательстве и доктрине. Казначейство (и прежде всего федеральное) не выступает как универсальный субъект права, представляющий государство в
имущественных отношениях. Это система управления лишь частью доходов и расходов государства1.

Исследователями постсоветского периода предпринимаются попытки применения понятия юридических лиц публичного права к характеристике муниципальных образований. Так, например, В.Л. Горожанин отмечает, что муниципальное образование можно признать субъектом іражданского права со статусом юридического лица публичного права, институт которого Гражданский кодекс РФ формально не признает, но но существу исходит из него при наделении муниципальных образований гражданской правосубъектностью (ст. 124 ГК РФ)2. В Научно-практическом комментарии к Конституции Российской Федерации под редакцией В.В.Лазарева субъекты местного самоуправления характеризуются как «корпорации публичного права», обладающие властными полномочиями по отношению к гражданам, учреждениям, предприятиям и организациям3.

В то же время в ряде исследований указывается на отличия юридического лица публичного права1 от юридических лиц частною права. Так, в связи с этим М.Ю.Зенков пишет, что публично-правовые юридические лица, обладая специальной правосубъектностью, по своим свойствам существенно отличаются от юридических лиц частною права4. Основные характеристики юридических лиц публичного права, ио его мнению, заключаются в следующем:

1) . Интерес, носителем которого выступает публично-правовое юридическое лицо, представляемый такого рода юридического лица, - совокупный, особый, общий. Цели и задачи, которые преследуют в своей

1 Иванов Л. Государство как субъект гражданского права П Кодекс-Info. 2002. № 1-2. С. 20.

2 Горожанин В.Л. Понятие и особенности правовою статуса субъектов местного самоуправления в Российской Федерации: Учебно-методическое пособие. Новосибирск, 1997 г., С. 14.

3 Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации. Под редакцией В.В. Лазарева. М., 2001 г., С. 135.

5 Зенков М.Ю. Публично-правовое юридическое лицо: проблемы адекватного их природе правового регулирования статута государственных н муниципальных органов // Эж- Юрист, 2004 г., №11.

деятельности эти лица, являются публичными- по своему характеру; им свойственна также формальная определенность функций.

2) . Поскольку сферой деятельности юридических лиц публичного права являются властеоткошения, их активность строго ограничивается посредством установления компетенции (перечня полномочий и предметов ведения), осуществления специализации функций, жесткого государственного регулирования и контроля.

Гражданско-правовые юридические лица действуют, как правило, в сфере имущественных отношений, материальных и нематериальных личных интересов.

3) . Юридические лица публичного права возникают вследствие особого предписания закона и приобретают статус публично-правового юридического лица с момента формирования. Нормативный акт, в соответствии с которым они учреждены, является необходимой формальностью, но во многих случаях закон- обязывает государство сформировать соответствующие лица. Им выделяются и иные характерные черты публично-правовых юридических лиц.

Отличие публично-правовых юридических лиц, обладающих специальной правосубъектностью, от юридических лиц частного права делает особенно актуальной проблему осуществления принципа равенства, который является основополагающим для гражданского права. В.А.Бублик вполне обоснованно высказывает мысль о том, что можно говорить об участии публичных образований в гражданских правоотношениях «без перерождения публичной природы данного лица (в крайнем случае - с временным отказом от некоторых публичных иммунитетов), поскольку

реализация публичных интересов одновременно, как бы автоматически,

- - ( оосспсчиваег те частые интересы, которые имеют легитимным характер» . Но вот обратная ситуация невозможна, поскольку публичная

1 Бублик В.А. Публично- и частноправовые начала в гражданско-правовом регулировании внешнеэкономической деятельности. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Екатеринбург. 2000. С. 41.

праноспособность обязательно предполагает наличие публичной власти, которой у частного субъекта нет1.

Ю.В.Карева по этому поводу пишет, что разрешение противоречия .между публичной властью (основополагающим началом публичных образований), с одной стороны, и гражданской правоспособностью (предполагающей участие в гражданском обороте), с другой стороны, возможно путем соединения публичных начал и іражданской правоспособности в особую правосубъектность[104] [105]. Таким образом, государство вправе участвовать в іражданской обороте. Согласно п.2 ч.1 ст.2 ГК ГФ в регулируемых гражданским законодательством' отношениях моїут участвовать РФ, субъекты РФ и муниципальные образования.

Из изложенного следует, что вопросы правосубъектности государства, как участника предпринимательской деятельности в значительной степени связаны с категорией специальной* правоспособности. Специальная правоспособность предполагает наличие у юридического лица лишь таких прав и обязанностей, которые соответствуют целям его деятельности и прямо зафиксированы в его учредительных документах. Если рассмотреть группу юридических лиц со специальной правоспособностью, то можно отметить, что на деле их правоспособность различна в зависимости от того, какой вид юридических лиц рассматриваем.

Так, С.Якушсва обоснованно утверждает, что специальная правоспособность государственных и муниципальных унитарных предприятий отличается как от специальной правоспособности других коммерческих организаций (например, банков), так и специальной правоспособности некоммерческих организаций (например, фондов)[106].

Как отмечает А.Иванов, характер гражданской правосубъектности государства зависит от того, какую роль в гражданском обороте должно
играть государство’. Представители авторитарных взглядов на государство и его роль в общественной и политической жизни исходят при этом из того, что государство должно активно вмешиваться в хозяйственную жизнь в качестве одного из важнейших игроков. Соответственно его гражданская правосубъектность признается ими общей. Это означает, что государство может совершать в области гражданского права не только те действия, которые ему прямо разрешены законом, но и иные, хотя законом и не предусмотренные, но ему не противоречащие. Иными словами, государство должно иметь ту же степень экономической свободы, что и частные лица.

Сторонники либеральных взглядов на государство и его роль в обществе, напротив, стремятся ограничить вмешательство государства в гражданский оборот, справедливо полагая, что наличие у государства политической власти позволяет ему устанавливать для себя привилегии, которые подрывают основы функционирования рыночной экономики: Значит, государство должно делать только то, что дозволено ему законом, и не выходить за эти пределы. Экономическая свобода государства должна быть ограничена в интересах частных лиц и нормального функционирования экономики.

Р.Л.Мерзликииа и К.К.Тамирова по этому поводу утверждают, что правоспособность государства не может быть тождественна правоспособности различных физических и юридических лиц, в чем-то она шире, в чем-то уже2. Во многом объем правоспособности государства определяется тем, что государство участвует в гражданском обороте не в своих частных интересах, а в целях наиболее эффективного отправления публичной власти. Эти цели предопределяют сущность правоспособности государства. Она не может быть общей, так как природа государства не позволяет ему приобретать ряд прав и возлагать на себя некоторые
обязанности. Государство, принимая законы, само может установить более широкий объем правоспособности. Поэтому государство, вступая в гражданский оборот, должно следовать своему предназначению, и правоспособность государства можно назвать целевой - она вытекает из той функции носителя публичной власти, которую в интересах всего общества выполняет государство.

Таким образом, характеристика правоспособности публично-правовых образований состоит в ее целевом характере. При этом следует подчеркнуть, что специфика правоспособности публично-правовых образований резко отличается от общей правоспособности коммерческих организаций. В то же время наблюдаются ес отличия и от специальной правоспособности учреждений, ограниченной собственником. Несмотря на то, что в действующем гражданском законодательстве не содержится каких-либо указаний. на ограничение правоспособности публично-правовых образований, она нс должна признаваться нсої-раниченной.

В целом же, можно отметить, что в постсоветский период происходило формирование взглядов на государство, на другие лица публичного права как участника предпринимательской деятельности. В то же время в российской юридической науке нет целостной концепции участия юридических лиц публичного права в частно-правовых отношениях. Внимание этому уделялось и в дореволюционной российской цивилистике, и в советской юриспруденции. Оно продолжает уделязъея представителями науки и в настоящее время. Несмотря на то, что целостная концепция участия государства в іражданско-нравовьіх отношениях так еще и не построена, и, естественно, не реализована в законодательстве, рядом ученых разработаны ее отдельные положения. В той или иной степени они моїут быть учтены как ориентиры в направлении движения к формированию единой и общепризнанной концепции.

<< | >>
Источник: РАССКАЗОВ ОЛЕГ ЛЕОНИДОВИЧ. ЮРИДИЧЕСКИЕ ЛИЦА В СФЕРЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ (ХОЗЯЙСТВЕННОЙ) ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РОССИЙСКОМ ГОСУДАРСТВЕ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ И ИСТОРИКО - ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Краснодар - 2008. 2008

Еще по теме § 2. Юридические лица публичного права в общем учении, об юридических лицах:

  1. РАССКАЗОВ ОЛЕГ ЛЕОНИДОВИЧ. ЮРИДИЧЕСКИЕ ЛИЦА В СФЕРЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ (ХОЗЯЙСТВЕННОЙ) ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РОССИЙСКОМ ГОСУДАРСТВЕ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ И ИСТОРИКО - ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Краснодар - 2008, 2008
  2. § 2. Юридические лица в торговой (предпринимательской) деятельности во второй половине XIX в. - начале XX в.
  3. § 3. Становление и развитие инсгитута юридического лица с участием иностранного капитала
  4. Глава III. Юридические лица в сфере предпринимательства во второй половике XIX в. - начале XX в.
  5. § 2. Либерализации экономических отношений и влияние этого процесса на институт юридического лица в годы ноной экономической политики
  6. 1. ПОНЯТИЕ, ПРЕДМЕТ И МЕТОД ТЕОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА. МЕСТО В СИСТЕМЕ ЮРИДИЧЕСКИХ НАУК
  7. СОЦИАЛЬНАЯ ФУНКЦИЯ АДВОКАТУРЫ КАК РЕАЛИЗАЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА НА КВАЛИФИЦИРОВАННУЮ ЮРИДИЧЕСКУЮ ПОМОЩЬ
  8. Глава 1. Категории юридическое лицо и предпринимательская деятельность в контексте общейтеории права
  9. АДВОКАТСКАЯ МОНОПОЛИЯ КАК ГАРАНТИЯ УСПЕШНОЙ РЕАЛИЗАЦИИ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА НА ПОЛУЧЕНИЕ КВАЛИФИЦИРОВАННОЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ
  10. 35. ЧАСТНОЕ И ПУБЛИЧНОЕ ПРАВО: ПОНЯТИЕ, СООТНОШЕНИЕ
  11. Административная ответственность юридических лиц
  12. § 1. Категория юридическое лицо: генезис, основные теории, сущностные признаки
  13. 2.1. Юридический позитивизм (Г.Ф. Шершеневич)
  14. § 1. Становление и развитие коммерческих юридических лиц